Я делаю вдох.

Легкие наполняются чем-то едким. Сероводород. Да, я читал, что будет сероводород. С силой выдыхаю и снова вдыхаю. Никаких изменений. Ломит грудь. Перед глазами робко появляются красные круги. Откуда-то изнутри пробивается кашель. Да, собственно, вокруг меня все тоже кашляют. Неудивительно: пригодный для дыхания воздух исчез, пространство заполнено ядом. Еще пара вдохов — и, кажется, можно падать на землю без сознания. Наверное, нужно бежать! Я вдыхаю ещё раз и ещё — получается так себе. Налетевший вдруг холодный ветер разгоняет ядовитые пары — ура, еще через пару болезненных вдохов, наконец, чувствую свежий воздух. Кашель вокруг стихает, группа начинает переговариваться.

Читать дальше →

Остров Сицилия. Провинция Палермо.

Коммуна Терразини. Юг Италии, регион с самым большим действующим вулканом в Европе и родина мафии.Чайки тут рассекают иссиня-черное небо если не с видом бывалых мафиозников, то как минимум — их ближайших родственников.

Солнце только что перевалило зенит. Сиеста. Улицы пусты. Только бегают в поисках жратвы драные кошки, да ползают какие-то жирные гусеницы.

Мы тут уже второй день, свадьба подруги состоится уже завтра.

А пока можно сходить на пляж. Вчера мы уже были на городском. Там неплохо, но очень людно. Кажется, именно сюда перебирается в сиесту вся коммуна, или, если сказать привычнее, маленький городок Терразини. Бегут, как есть, кто в чем. Закрывают свои темные прохладные магазинчики и кафе, бросают на узких улочках машины и бегом сюда, пить вкусное местное пиво, играть в футбол и прыгать пузом на набегающую соленую волну, отфыркиваясь от попавшей в нос воды.

Если вы захотите купить что-то в городе с полудня до пяти часов дня, то вам, вероятно, придется сначала идти на пляж и вылавливать тут из моря нужного продавца. Сиеста не щадит никого. А особенно тех, кто не купил продукты и другие нужные товары заранее.

Сегодня вместо городского пляжа мы решаем спуститься на другой, совсем крохотный пляжик неподалеку. Там как раз почти никого, лишь две маленькие фигурки — белая и черная — бродят по узкой полоске песка, периодически подбирая что-то с земли.

italy_beach_8

Спускаемся. Пляж чудесный! В двух минутах от дома, закрыт со всех сторон скалами. Уютно, красота, блеск! Немного подозрительно, правда, выглядят трубы, торчащие из скал внизу. Видно, что их спустили сверху из города: скала имеет другой цвет в том месте, где ее штробили и потом заделывали цементом.

Итальянец и чернокожий — те самые две фигурки — убирают пляж. Складывают мусор в кучки, а потом собирают его в огромные пакеты на выходе. Ага, кое-кто в сиесту все же работает!

Позже выясняется, что эти двое еще и прекрасно говорят по-русски.

Их зовут Маттео Трамонтана и Габриэль Фернандес. У первого была русская жена из Петербурга, а второй вообще учился и долго жил в Киеве.

— Откуда тут столько мусора? — спрашиваю у Маттео. — Неужели из моря приносит?

— Часть из моря, а часть — жители мусорят. Сицилия хорошее место, но люди тут слегка того… — он стучит пальцем себе по голове, потом показывает вверх на город. — Идут мимо и бросают мусор, или выкидывают из домов. Но я говорю им, что я мафиози и что пристрелю их, если не поднимут то, что бросили!

Маттео изображает рукой пистолет и заразительно ржет. Он и правда похож на стереотипного итальянского гангстера. Таких рисовали в мультике про капитана Врунгеля: тяжелая челюсть, залихватские бакенбарды и толстая серебряная цепь на шее.

italy_beach_7

— Цепь мне подарили мои русские друзья из Петербурга, — поясняет он и опять заразительно ржет.

Его приятель Габриэль рассказывает, что сам он с Кубы, но закончил в Киеве университет. Потом женился, а полгода назад перебрался сюда вместе всей с семьей.

— Хотелось найти хорошее спокойное место, чтобы растить детей.

Жена Габриэля — маркетолог, работала в очень крупном медиа-холдинге. Так как Италия, по его словам, сильно отстает в этой области от остальной Европы, то здесь услуги хороших маркетологов особенно ценятся. italy_beach_6

Антон из нашей компании хочет поохотиться на крабов и выпрашивает у Маттео маску. Тот указывает рукой на скалы, где, предположительно, могут быть крабы.

Антон убегает, а через 15 минут возвращается ни с чем.

— На меня наорала чайка. Решил дальше не ходить.

Маттео поясняет, что обычно крабы выходят на берег ночью, тогда их и надо караулить. А еще в 60 км к западу отсюда есть просто прекрасный пляж, и нам непременно надо там побывать. Он знает, о чем говорит: у него есть свой блог про пляжи Сицилии. А еще у него есть ресторанчик недалеко от центральной площади Терразини. Там все напитки стоят одинаково — по 7 евро, но к каждому приносят бесплатные закуски вроде картошки, салатов и бутербродов. Такой формат заведений тут популярен.

Заметив, что я изрядно обгорел, Маттео протягивает мне крем от загара.

— Чтобы потом не говорить «минкья!» — поясняет он. Габриэль смеется и спокойно уточняет, что это итальянское ругательное междометие, наподобие нашего «блядь!». Оба опять смеются. Мы благодарим за маску и крем и возвращаемся к своей компании. Сиеста закончилась и пора идти за едой.

Проходя мимо этого пляжа днем, мы иногда видим две маленькие фигурки, белую и чёрную, которые бродят по узкой полоске между скалами и морем, подбирая мусор и складывая его в большие пластиковые пакеты.

italy_beach_3

К своему стыду, мы так и не сходили в ресторан к Маттео, хотя обещали: дней было мало, и они были слишком насыщенные.

Но, думаю, на Сицилии мы были не в последний раз.

Море

Море

Очень ранним утром по субботам в коммуне Терразини, провинция Палермо, открывается рыбный рынок. Мы поднимаемся в половину четвертого утра и по залитым желтым светом фонарей улицам спускаемся к морю, чтобы посмотреть на это действо. И, может быть, прикупить пару каракатиц на обед.

Рынок располагается в отдельно построенном здании на пирсе. Вокруг припарковано множество машин весьма потрепанного вида. Старые пикапы с лебедками, квадратные фиаты и ободранные форды. Между ними снуют очень смуглые худощавые люди с жилистыми руками — не то рыбаки, не то грузчики. Внутри здания уже стоит толпа, полукругом облепив ящики с дарами моря.

italy_fishmarket_2

italy_fishmarket_1

italy_fishmarket_2_1

На самом деле это никакой не рыбный рынок, а самый настоящий рыбный аукцион.

Торг идет на понижение. Ассистент старика-ведущего ставит ящик с морскими гадами на весы, старик сверяет номер ящика в замусоленной конторской книге и орет его стартовую цену, например, 60 евро. Если все молчат и не торгуются, он быстро начинает понижать — 59, 58… Первый, кто крикнул или поднял руку, забирает ящик. Ящики, которые никто не захотел, уходят какому-то Джиорджио — ведущий объявляет об этом отдельно, отмечает что-то в своей книге. Ассистент отставляет ящик куда-то в сторону.

italy_fishmarket_2_3

italy_fishmarket_2_2

Все шевелится, шебуршит и извивается.

Экзотичные лоты уходят быстро. Например, на выходе мы столкнулись с двумя смуглыми живчиками, которые тащили огромную рыбу-меч. Чтобы запихнуть ее в багажник старого фиата, они скрючили покупку раза в два, с трудом справившись с торчащим мечом.

Хотя, например, морского черта — глубоководного удильщика — никто брать не хотел. Он так и лежал до конца на ящиках, страшный и зубастый, разинув свою огромную черную пасть, а его некогда светящаяся приманка скорбно свесилась набок.

Покупатели, как мы поняли, — это в основном владельцы местных ресторанчиков и мелких рыбных магазинчиков. Тех, про которые говорят «Еще сегодня наша еда плавала в море!»

Вообще, тут про многое можно сказать, что оно плавало в море. «В нашем ресторане повара только сегодня еще плавали в море». Или «Все посетители нашего ресторана еще каких-то 4 миллиарда лет назад плавали в море. Вместе с нашей едой».

Каракатиц на обед нам купить не удалось: за ящик торговаться мы готовы не были, а отдельно распродажи дожидаться не стали. Немного прогулялись по пляжу с сачком, поискали крабов. Удалось поймать лишь одного несчастного мелкого крабика, которого тут же и отпустили обратно домой.

italy_fishmarket_3

Небо на востоке начало светлеть, насыщенный сине-оранжевый градиент готовился вытащить за собой очередной испепеляющий день.

Надо было возвращаться домой, в 9 утра был запланирован выезд вглубь Сицилии. Там где-нибудь и поедим каракатиц и крабов.

Вид на причал в Терразини (Сицилия, Италия)

В половину пятого утра в старом центре Рима над утыканными антеннами крышами коричневых домов поднимается чей-то зловещий смех. Сначала он какой-то неуверенный, затем все более наглый и профессиональный. Будто какой-то итальянский злодей с лицом Челентано продрал глаза после лютого похмелья, в ужасе вспомнил, что сегодня у него выступление на Фестивале Злодейского Смеха 2016, и теперь старается наверстать упущенное, тренируя свой жуткий хохот перед зеркалом.

Конечно, это никакой не похмельный Челентано, это жирные римские чайки так распеваются с утра.

Нам надо ехать в аэропорт, чтобы потом лететь в Палермо. Чемоданная суета, необъяснимая легкая паника. После 18-часового перелета через Стамбул слегка пошатывает, но впечатления от дороги перекрывают любую усталость.

Uber вызвать не так-то просто: в столь ранний час по городу, судя по карте в приложении, колесят всего две свободные машины. Это не Нью-Йорк, где кипучка не прекращается круглые сутки. Рим не торопится просыпаться даже утром понедельника. Спят пыльные старинные развалины цвета охры. Спят персиковые акведуки и корявые средиземноморские кедры с пижонскими кронами, похожими на зеленые шапки. Спит, наверное, Папа где-то в Ватикане, окруженный километровыми очередями в честь бесплатного музейного дня. Спят белоснежные «Веспы», старые и новые, плотными стайками кучкующиеся вдоль тротуаров. Спят многочисленные фонтаны, статуи и базилики, которые, согласно путеводителям и книге «Ангелы и демоны» просто необходимо посетить каждому туристу. Спят владельцы пиццерий и кофеен с облупленными железными и деревянными вывесками. Спят простые клерки и знаменитости. Спят режиссеры и воротилы мира моды. Спят Тото Кутуньо и комиссар Катанья. Берлускони и Чиполлино. Ален Делон и Софи Лорен. Спят все странные взбалмошные герои из «8½» и тот мужик из фильма Вуди Аллена, который пел на сцене оперы в душевой кабине…

Спит весь гигантский древний город, который тяжело осознать за один вечер и совершенно невозможно понять утром. Город, в котором, кажется, утром понедельника спят все, кроме нас. И что самое скверное, спят все водители так нужного нам Убера!

italy_rome_2

В итоге машина приезжает. Импозантный седовласый Доминико помогает нам с чемоданами и мчит до вокзала Термини.

На автобус до аэропорта мы в итоге все равно опаздываем: надо было приезжать еще раньше, чтобы вставать в очередь. Пьем кофе с круассанами и садимся на следующий автобус. Из-за пробок (ага, все все и проснулись!) опаздываем и в аэропорт. До вылета час, но очередь на общей стойке лоукостера такова, что успеть шансов нет. Машем паспортами, говорим что мы опоздали, пролезаем без очереди…

Самолет взлетает почти вертикально: лоукостер же, можно не тратить время на формальности вроде разгона. Под крылом уменьшается уже окончательно проснувшийся Рим. Сияющими точками кружат нахохотавшиеся с утра чайки. Бортпроводники улыбаются красивыми белыми зубами и обидно провозят повозку с едой мимо. Ее везут тем, кто летит с багажом и включенным обедом — в элитную хвостовую часть самолета.

Через два часа мы садимся на изумрудный остров, окруженный подозрительно идеальными белыми облачками.

Сицилия.

Вид Сицилии с воздуха

Вид Сицилии с воздуха

— Мы называем их Bridges & Tunnels. Потому что для того, чтобы добраться сюда, они проехали по мосту или туннелю. — саркастично говорит Анжелика. — Они остаются ночевать, хм, хм, кому где повезет. А утром они идут в этих вечерних платьях по домам. Мы называем это «walk of shame»! Это вэри фанни! — глаза её сверкают яростным весельем.

Речь идёт о девушках, которые приезжают на Манхэттен по пятницам из отдаленных районов Нью-Йорка, чтобы потусоваться. Анжелика, как настоящая жительница Манхэттена, считает их немного несчастными. Завидев девушек в пестрых юбках и на слишком высоких каблуках, она снисходительно бросает:

— О, это, наверное, из Нью-Джерси!

 

Местный ресторан Smith, обыгрывая шутку про "walk of shame", приглашает всех приезжих девушек на поздний завтрак.

Местный ресторан Smith, обыгрывая шутку про «walk of shame», приглашает всех приезжих девушек на поздний завтрак.

Мы идём по пешеходному мосту, лежащему выше нью-йоркских улиц на несколько этажей. Когда-то это была эстакада надземки. Из-под неубранных кое-где кусков ржавых рельсов выбивается трава. Впереди маячит здание старинной фабрики, неравномерно потемневшие от времени коричневые кирпичи его напоминают плитку шоколада. Теперь это большой торговый центр Челси Маркет. Дует мелкоячеистый ледяной ветер, готовящееся окунуться в океан солнце выжигает глаза. В зеленоватом мартовском небе с видом хозяев жизни вальяжно кружат чайки. Мы сосредоточенно слушаем рассказы Анжелики, плотнее запахиваясь в куртки. Со стороны неясно, дрожим ли мы или просто быстро-быстро киваем в ответ на рассказ.

Она почти каждый вечер показывает нам разные уголки Нью-Йорка, попутно рассказывает что-нибудь из истории этих мест. Как тут все было раньше и как стало потом. Про старинные мясные ряды и наркоторговцев. Про кафе, где подают «еврейский аспирин» — нежнейший дымящийся куриный бульон, которым все приходят лечиться от похмелья и простуды. Про очень культовый и очень порочный ночной клуб, что работал здесь в здании бывшей церкви в солнечных семидесятых. Про Стэйтон Айленд — «мусорный остров». Ну, или — про недалеких девушек из отдаленных районов, вот как сейчас.

Уже 7 часов вечера, и мы ищем место, чтобы поужинать. Район Челси Маркет весьма популярен и в окрестных заведениях, куда мы по очереди заглядываем, все занято. Анжелика, не прерывая своего рассказа, одновременно с поразительной скоростью энергично набирает в телефоне сообщения и уворачивается от автомобилей, когда мы, как настоящие нью-йоркцы с Манхэттена, перебегаем дорогу на красный.

— О, давайте я отведу вас в одно специальное место! Там просто шикарно! — заметив, видимо, моё напряжение при слове «шикарно», она безапелляционно продолжает, — Там недорого. Это отель, куда поселили всех выживших с «Титаника»!

Отель, куда поселили всех выживших с «Титаника», выглядит как накрахмаленный чепчик — сразу и скромно и слегка торжественно. Выкрашенные в красно-коричневый стены и потолок ресторанного зала веют некоторой титаниковой трагичностью. Легко представляется, как люди выбираются из шлюпок где-то неподалёку на пирсе, а их немедленно кутают в толстые верблюжьи одеяла и везут сюда на повозках, а пухлые чернокожие горничные, все время причитая, готовят пострадавшим теплые постели и подносят «еврейский аспирин». Несчастные счастливчики с «Титаника» и слова вымолвить не могут, а только дрожат от холода и один за другим падают в обморок. Да, вот так всё, наверное, и было…

img_20160326_200036

— У меня встреча с инвестором через полчаса! — внезапно хлопает себя по лбу Анжелика, быстро проглатывает гамбургер и через минуту упархивает. Мы остаемся сидеть в ресторане титаникового отеля, все еще пытаясь отогреться после холода. Для пущей драматичности я даже представляю, что мы — те самые выжившие, и замерзли именно поэтому.

Анжелика — основатель и начальник молодого интернет-проекта на тему моды под названием «Brick & Portal». Её любимый персонаж — Дэгни Таггарт, главная героиня книги «Атлант расправил плечи». Наш общий знакомый фотограф Грег с предельно серьёзным видом называет её «наш босс». Анжелике 26 лет, она энергичная, изобретательная и яркая.

И это именно у неё мы остановились в Нью-Йорке, в самом центре острова Манхэттен. Честно сказать, во многом благодаря ей и стала возможной поездка в США.

Квартира, где мы живём, находится на девятом этаже старинного дома начала 20 века. Раньше тут был отель, поэтому планировка слегка необычная: кухня занимает пятачок в 2 квадратных метра, а в туалет можно попасть только из спальни. Это самый что ни на есть деловой квартал на Пятой авеню: тут грохочет и кипит самый огромный город планеты, а если выглянуть в окна с любой стороны, то можно увидеть только наступающая со всех сторон гигантские зеркальные небоскрёбы. Окна в некоторых из них горят всю ночь, являя нескромному наблюдателю неуютные желтоватые офисы. В них до самого утра сидят освещённые лишь зыбким светом старых квадратных мониторов одинокие сгорбленные человечки в мятых рубашках и галстуках. Нью-Йорк не терпит бездельников.

13268267_1074964202540356_1752312192326103351_o

Квартира нашей хозяйки мало напоминает квартиру в понимании неподготовленного обывателя. Скорее, это такая нью-йоркская квартира-офис. Повсюду лежат бумаги и стоят какие-то ящики. Чуть поодаль — снова ящики и бумаги, ящики с бумагами, просто бумаги и снова ящики. Там, где не лежат бумаги и не стоят ящики, лежат книги по IT-бизнесу, мотивации и стартапам. Стены цвета топлёного молока от пола до потолка испещрены надписями и рисунками: какие-то схемы, расклады, прототип страниц сайта, списки, цитаты и просто фразочки.В углу синим цветом выведено пожелание быть как Дэгни Таггарт и иметь гардероб, как Кэрри, а вечеринки закатывать как Гэтсби.

13217322_1074963309207112_7895028577072828147_o

13235614_1074963345873775_5189342429536179621_o

За письменным столом стоит огромное черное президентское кресло. Возле окна — кожаная софа с встроенными динамиками. Штор на окне нет. Три макбука, пять зарядок, древний самый первый iPad, принтер. В коридоре висит вывеска Prada Marfa — та самая, с легендарного арт-объекта из техасской пустыни. Оригинал. На кухне — четыре ящика бруклинского пива.

— Можешь брать, это осталось с саммита. Я пиво не пью.

На стене справа от окна щедрой рукой начерчена сетка календаря, на ней — март прошлого года. Отмечены поездки: Париж, Гонг-Конг, Москва, Лондон, Новосибирск.

— Нет времени стереть, ай’м супер крэйзи бизи!

Анжелика говорит, что обожает эту квартиру. Это именно то, о чем она всегда мечтала. Здесь она всегда в центре событий.

Правда, она уже второй год пытается снять другую похожую квартиру, в паре кварталов отсюда. Там чуть больше места, и из окна открывается вид прямо на Крайслер Билдинг. И она просто амэйзинг! Но есть у той квартиры и недостаток — она занята.

Однажды мы идем в дом, где находится та самая квартира, проверить, не освободилась ли она? Анжелика весело болтает с консьержем — стариком-азиатом лет 60-ти. Он с лучезарностью Луи Армстронга и спокойствием Далай Ламы сообщает, что нет, квартира не освободилась, но мы можем подняться и посмотреть другие квартиры. Мы поднимаемся на скрипучем лифте на 9-й этаж и заходим в первую попавшуюся дверь./

Квартира тут действительно очень похожа на ту, где мы живем, разве что поменьше.

img_3376 img_3374

img_3381

Анжелика сразу подбегает к окну, оглушительно стуча каблуками по деревянному полу.

— Смотрите! Вон, через дорогу! Это дом, где снимались «Охотники за привидениями», последняя сцена с Сигурни Уивер! Кстати, на той же крыше я снимала рекламу Brick & Portal!

Анжелика родилась в Сибири, в Барнауле. В конце 1990-х уехала с родителями в Канаду. Сначала училась в колледже, затем в университете. Пять лет назад она переехала в Нью-Йорк, где и решила поначалу посвятить себя кинематографу. Отучилась на актерских курсах и около года снималась в сериалах и работала моделью.

— Я играла роль клубного диджея в сериале «В Филадельфии всегда солнечно»! Кажется, в какой-то серии первого сезона. Не помню уже!

Быть актёром сериала — дело непростое. Потому что непонятно, когда тебя позовут на роли первого плана. Легко ведь могут и не позвать никогда. Поэтому Анжелика бросила это дело через год и увлеклась модой. Тогда и родился проект Brick & Portal. В английском языке есть выражение «brick and mortar», означающее любой магазин или учреждение, построенное в реальности — например, продуктовую лавку на углу улицы или газетный киоск возле остановки. А «brick and portal», соответственно, изящная игра слов, означающая магазин в интернете. В этом проекте, по задумке, можно будет создавать свои виртуальные магазинчики, подключать к ним онлайн-сторы крутых одежных брендов и продавать их товары в коллекциях, составленных на вкус пользователя. Весь прошлый год Анжелика пыталась собрать команду разработки проекта в родном Барнауле. Собственно, так мы с ней и познакомились.

Она рассказывает историю про Джона — матерого программиста из одного всемирно известного проекта. Джона удалось схантить из Лондона, и он только что влился в команду проекта Анжелики в Нью-Йорке. В начале года ей даже на пару недель удалось привезти его в Барнаул.

— Не оценил! — рассказывает она надтреснутым голосом. Огромные черные глаза ее исполняются печали. Мы сидим в каком-то секретном баре, куда попасть невероятно сложно. — А ведь мы с ребятами устроили ему настоящее русское крещение: поили водкой, бросали ночью в прорубь… Не оценил! — повторяет она. Я понимающе киваю. — Да и, честно сказать, в команде он как-то не прижился…

Энергии и энтузиазма Анжелике не занимать. Кажется, что неприятности для нее— не более чем легкие маленькие тучки, на пару минут закрывающие солнце. Они рассеиваюся сами по себе или их сдувает ветер — и снова наступает ослепительный позитивный день. Пожалуй, действительно, Дэгни Таггарт из «Алтанта» — наиболее подходящий для нее персонаж.

img_20160319_010052

— Я сплю по 2 часа в сутки! Иногда кажется, что по 2 часа за неделю. О май гад, я просто супер бизи всё это время! Лот оф ворк!

Говорю ей, что такой график опасен, и долго так функционировать невозможно. Она только пожимает плечами, улыбается и отпивает из бокала шампанское.

В последнее утро перед отъездом наша Дэгни ведёт нас завтракать в еще одно свое любимое заведение неподалеку. Бургер с лобстером там и правда божественный. Порция просто гигантская — можно было легко заказать один на двоих.

Неловко выволакивая тяжелые чемоданы из ресторана, мы прощаемся. Получаем последние детальные наставления — как ехать на метро, как пересаживаться на поезд до аэропорта. Анжелика яростно сверкает своими огромными черными глазами.

Что и говорить, нам ужасно повезло. Двадцать дней пролетели как один.

Спасибо, Анжелика!

13217420_1074963395873770_7091084502083176776_o


Все посты про США

— Комбат, батяня, батяня, комбат! — надрывается телевизор. Сидящий за соседним столиком мужик с внешностью Хазанова на реабилитации начинает негромко подпевать. Его «мадама» — по виду сельская завстоловой, — просто беззвучно шевелит губами.

— Леха, давай, до встречи томорроу! Гуд ту си ю! — гремит из другого угла огромная лысая башка в цветастой рубашке, вареных джинсах и остроносых туфлях.

Официантка ставит на наш столик миску салата, борщ и узбекский чайник с маленькими чашечками. Пить из них жутко неудобно, они тонкие и обжигают руки.

Мы сидим в кафе «У тёщи», в самом центре района Брайтон-бич. Тут кафельный пол и маленькие столики с отслаивающейся полированной поверхностью. В конце приносят счет, написанный от руки. Очевидно, врачом: разобрать нельзя ничерта.

usa-brighton-2 usa-brighton-1usa-brighton-13

С улицы периодически доносится страшный грохот поезда: эскада идет по всей длине улицы
Брайтон Авеню— это один большой базар, каким-то чудом телепортированный сюда из России середины 1990-х годов. Лотки с продуктами питания, какими-то сувенирами и сильно пожульканными книгами с мятыми обложками. Открытые двери мелких магазинчиков с самыми невероятным объявлениями, написанными на смеси русского и английского. Вот «Классы английского языка и Библии». Вот «Натуральная аптека».  Есть «Фрацузские куры и органические продукты», рядом — «Оплата за: газ, свет, телефон, TV». Отдельная большая вывеска «Электронные словари». Тут как будто все года, и века, и эпохи подряд.

usa-brighton-28

Эстакада проходит прямо над Брайтон-авеню. Кажется, именно отсюда стартовала игра Grand Theft Auto IV.

usa-brighton-11usa-brighton-15 usa-brighton-14 usa-brighton-17 usa-brighton-23 usa-brighton-25 usa-brighton-27 usa-brighton-44usa-brighton-21

А вот на полном серьезе предлагается «Перевод видеофильмов: PAL, SECAM, NTSC» Жутко интересно, что получает на выходе клиент? Жалею, что не зашел спросить.

С отдельных плакатов смотрит испепеляющим взглядом сальная нестриженная башка. Крупный шрифт с толстенной обводкой поясняет, что это Анатолий Кашпировский. Башка угрожает приехать в апреле. Но местные жители безбоязненно спешат по своим делам мимо плаката с Анатолием, сохраняя самый смелый вид.

usa-brighton-43

usa-brighton-12

На продуктовых лотках можно приобрести печенье — 2 пачки за доллар. Сухарей вам отдадут аж 3 пакета за доллар, а гречу — подороже, по полтора доллара за пакет. В больших коробках насыпаны конфеты — карамельки, шоколадные, помадки. Правда, непонятно, как это все купить — за большинством лотков почему-то никто не стоит.

usa-brighton-29 usa-brighton-39 usa-brighton-31

Каким-то чудом между курами, видеокассетами и Кашпировским затесался шахматный клуб «Белая ладья». Неаккуратная табличка над входом говорит, что он — для взрослых и детей. А детей на Брайтон Авеню как раз и не видно — здесь находятся почему-то одни старики.

usa-brighton-24

Если пересечь улицу, то можно попасть на обширный пустынный пляж. Сейчас март, и он закрыт. Но тут и там можно увидеть одиноких старушек с лыжными палками (они занимаются скандинавской ходьбой), да бегунов.

usa-brighton-7

Если идти по пляжу до конца и ступить на boardwalk — деревянный настил, то попадаешь к Луна-парку. Несмотря на холод и пронзительный ледяной ветер с океана, здесь гуляет толпа взрослых с детишками.

 

usa-brighton-10

Людей на набережной в конце марта не очень много. Может, пронзающий ледяной ветер всему виной, а может, океанариум, закрытый на ремонт.

usa-brighton-22 usa-brighton-20 usa-brighton-5 usa-brighton-3

Стоит свернуть с настила и углубиться в русские кварталы, как опять по пути встречаются одни лишь старики и старухи. Первые стайками сидят за шахматными столами, а вторые неспешно прогуливаются по двое-трое.

usa-brighton-34 usa-brighton-33 usa-brighton-32 usa-brighton-19 usa-brighton-16

По правде, я ожидал увидеть Брайтон-бич шумным, залихватским и гуляющим. Таким, русско-размашистым. Сверкающие русские рестораны, разъезжающая в черных машинах русская мафия, громкие русские песни на всю округу. Медведи, цыгане, матрешки.

Но теперь тут, судя по всему, все не так. Настала новая эпоха, а былое веселье осталось только в воспоминаниях тех самых старушек с одесским акцентом, которые выходят во дворы и ведут там свои долгие разговоры.

Хотя, может, это просто мы зашли в неудачный день.

usa-brighton-42

usa-brighton-18

usa-brighton-6

Брайтон-бич производит гнетущее впечатление даже в солнечный день.


Все посты про США

Жаль, конечно, что на дворе не лето 1935 года, а я не Ильф или не Петров, а то бы написал про надземку примерно так:

«Линии надземки стоят на железных столбах и проходят на уровне вторых и третьих этажей и лишь в  некоторых местах города повышаются до пятых и шестых. Это странное сооружение время от времени издает ужасающий грохот, от которого стынет мозг. От него здоровые люди становятся нервными, нервные — сходят с ума, а  сумасшедшие прыгают в своих пробковых комнатках и ревут, как львы»

Сказать по правде, я, три недели назад оказавшись на благодатной американской земле, очень хотел ее увидеть — это странное сооружение. Поезд, лавирующий между домами, или, как ее тут называли тогда, «элевейтед». Я еще не знал, что в 1980-м дорогу закрыли, а 10 лет назад частично разобрали и прямо на эстакаде построили своеобразный парк. Теперь на месте издающего ужасающий грохот поезда стоят лавочки, на которых в скупых лучах мартовского солнца греются туристы и горожане, работающие неподалеку. Нервным тут никто уже не становится, а вот слегка более вдохновленным — пожалуйста: тут же высажены небольшие клумбы и выставлены скульптуры. Например, макет Манхэттена длиной метра в три, вырезанный из какого-то белого материала и накрытый толстым стеклом.

usa-highline-5

usa-highline-6

Люди лежат на деревянных лежаках, несмотря на пронизывающий ветер.

usa-highline-4

Авторы проекта оставили на эстакаде куски старинных рельсов. Из-за этого Хайлайн напоминает теперь антураж из какого-нибудь фильма или игры, где Нью-Йорк выкосила смертельно опасная инфекция, люди превратились в зомби, мосты разрушились, а на их уцелевших кусках между проржавевшими рельсами железной дороги выросла вот такая до обидного ярко-зеленая трава.

usa-highline-10

Если оглядеться, то здания вокруг тоже добавляют колоритности. Некогда здесь был зловонный район скотобоен и разнообразных промышленных производств. В 1970-е он превратился еще и в район наркоманов и проституток, и это не только по мнению старушек, сидящих у подъездов домов. Да и никаких старушек тут и не было — в злосчастном районе жить никто не хотел, квартиры уходили за бесценок, а часто вообще передаривались. Только в конце 1990-х район преобразился — открылись ночные клубы, бутики и модные галереи. Скотобойни остались, но совсем немного. Здания старинных фабрик превратились в локальные штаб-квартиры известных мировых корпораций (например, Гугла) и торговые центры.

usa-highline-9
usa-highline-8
usa-highline-11

Вот, например, Челси-маркет. Это рынок, расположенный в здании одной из таких старинных фабрик.  Вдоль длинных коридоров в бывших цехах расположены торговые павильончики с одеждой, книгами и разными безделушками. Все это вперемешку с кофейнями, кондитерскими и ресторанчиками. Посреди коридора, окруженный оградой, прямо из потолка льется поток воды, утекая в дырку в полу. Заводская арматура освещена бумажными китайскими фонарями и светодиодной сеткой. Под потолком коридора висят большие старинные часы. По коридорам текут массы хорошо одетых счастливых людей. Продавцы радостно беседуют с подошедшими.

usa-highline-2
usa-highline-1

usa-highline-12

Мысли определяют среду. Но среда точно так же определяет мысли. В Нью-Йорке думается лучше. Здесь делаются вещи, двигающие мир вперед. В такой среде кажется, что и твоя голова лучше работает. Похоже, что тут это давно поняли и продолжают создавать среду, которая помогает думать.

usa-highline-7

Вид на Бруклин


Все посты про США

В Нью-Йорке вдарили морозы, и прохожие стали бежать по улицам чуть быстрей. (Читатель ждет уж рифмы «розы» — на, вот, возьми ее скорей).

Но некоторые никуда не бегут. Они сидят с картонными табличками, где черным маркером сказано примерно одно и то же: «Я бездомный, помогите, сплю на улице/в парке, есть жена/дети. Господь вас благослови за помощь». Большинство — темнокожие старики, но есть и относительно молодые. Иногда, если проходишь мимо, они начинают с тобой разговаривать.

Специальный фургон с надписью Homeless Bus («Бездомный автобус») останавливается вечером субботы на 5-й Авеню. К нему выстраивается длинная очередь из бомжей. Каждому раздают горячую еду, теплые носки и нижнее белье. Автобус приезжает сюда каждую субботу аж с 1992 года. Еда и одежда закупаются с пожертвований, хотя раньше основатель компании делал все за свой счет.

Нам рассказали, что в этом городе очень легко стать бездомным — жилье невероятно дорогое, все остальное — просто дорогое. В Бостоне нам встретился молодой парень с надписью «Ветеран войны», я уже писал про него. Оказалось, что таких много и в Нью-Йорке. Черт его знает, правда ли они ветераны, или просто написали так, чтобы затронуть чуть более глубокие струнки в душах случайных прохожих.

А случайные прохожие идут, не останавливаясь. Я только один раз видел, как кто-то остановился и подал бездомному. Но это тоже был какой-то старик с внешностью бродяги.

И еще один раз водитель нашего такси, пока мы стояли в пробке, протянул свой сэндвич бомжу, который ходил между машин и заглядывал в окна.

IMG_20160317_013815

Нью-Йорк — как огромная мясорубка, куда запускают где-то в середине. Все пытаются карабкаться наверх, и у многих получается, но некоторые все же падают вниз, и громадный город перемалывает их, выбрасывает на улицы.

Всего в Нью-Йорке, если верить сайту homelessbus.org, около 60 000 бездомных.


Все посты про США

20 марта 2016




Огромный лысый латинос в капюшоне, с бандитской бородкой (точь-в-точь как в GTA или Breaking Bad) во второй раз вежливо просит нас сделать ему одолжение и встать вдоль стенки, чтобы не загораживать тротуар. Мы повинуемся.

Ист-Сайд, жилые кварталы, почти три часа ночи, на улица никого. С океана, как всегда, дует злой холодный ветер. Наша небольшая компания из 4 человек стоит возле не то гаража, не то транформаторной будки.

Анжелика, или «наш босс» — так ее в шутку называет друг Рэй, 46-летний фотограф из Нью-Йорка, который в эту ночь тоже с нами — ведет переговоры с латиносом.

— Нам холодно!
— Если вы из Сибири, то какого хрена жалуетесь, что вам холодно? — ржет тот.

Они еще минуту обмениваются шуточками, после чего охранник просит всех показать паспорта, даже фотографа Рэя, хотя тому на вид явно далеко за 21 год. Наконец, мы спускаемся вниз по лестнице под землю и открываем еще одну дверь.

Это вход в один из «секретных» баров.

IMG_20160319_010053

Секретные бары в Нью-Йорке появились во времена «сухого закона». Их открывала мафия, которая и поставляла туда свой нелегальный алкоголь. Частенько полиция накрывала такие бары, там происходили перестрелки и все такое. Еще такие бары называют «спикизи» — speakeasy – «говори тише». Так что если вам скажут «Пошли в спикизи!» — зовут в секретный бар.

Тема спикизи остается популярной — ореол секретности лишь возбуждает желание туда попасть. Никаких вывесок нет, вход обычно либо через какую-то неприметную дверь с улицы, либо через другое, «безобидное» заведение — закусочную или прачечную. Случайный прохожий или праздная компания никогда не догадаются, что тут находится бар.

Вот, например, бар Please, Don’t Tell. С улицы туда входа нет совсем. Чтобы попасть туда, нужно:
1) Приехать заранее днём.
2) Зайти в обычное кафе.
3) Внутри кафе зайти в телефонную будку, вмонтированную в стену.
4) Снять трубку и набрать номер. Если есть столики, оставить заявку на вечер этого же дня.
5) Проходить в бар нужно через эту же будку — в другой ее стенке открывается секретная двень.

Записаться по телефону нельзя. Оставить заявку на завтра нельзя. Отказать могут просто так. В Please, Don’t Tell очень темно, тесно и дорого. Но ужасно уютно!

IMG_20160316_233009 IMG_20160316_233857IMG_20160316_233940

В баре Employees Only — а это уже наш третий секретный за ночь, и именно сюда впустил нас латинос, стоящий возле «трансформаторной будки» — так же, как и в остальных, не протолкнуться. Это самый известный секретный бар. Бармены всего мира мечтают попасть сюда на стажировку. Столики стоят очень тесно, и создается впечатление некой коммуны только для своих. Атмосфера подпольности подкрепляется тусклым освещением: только свечки. Играет веселая музыка, ходят улыбчивые официанты в пижонских костюмах и шляпах.

Уже три часа ночи, и мы ужасно устали и голодны. К заказанной еде приносят комлимент от шефа — какие-то маринованные не то каперсы, не то огурчики. Мы же из России! Все ужасно вкусное и дорогое. Коктейли идут один за одним.

IMG_20160319_025727

В пять часов утра в Employees Only как-то совсем не секретно зажигается свет и выключается музыка. Улыбчивый негр в пижонской шляпе сообщает, что бар закрывается.

Пятница в Нью-Йорке подошла к концу.

DSC02391

Правила бара, висящие над писсуаром в туалете


Все посты про США

Смотровая площадка на Рокфеллер Центр, она же — The Top of the Rock. Система безопасности на входе как в аэропорту. Пока ждешь своей очереди, показывают короткое кино про знаменитую рождественскую ёлку. Потом людей сгоняют в кучки и отправляют пачками человек по 20 на сверхскоростном лифте на 67-й этаж. По пути раз 5 закладывает уши, а в это время на прозрачном потолке лифта проецируются типа-летящие звезды. Все, затаив дыхание, смотрят на эти звезды.

ny-topoftherock-7
ny-topoftherock-2-1

Наверху есть три палубы, можно гулять по ним, сколько влезет. Охрана — просто фонтаны счастья: ходят, улыбаются, даже могут спеть с кем-нибудь дуэтом. Охотно фотографируются, советуя лучшие ракурсы. Не охранники, а лучшие друзья человека.

ny-topoftherock-2

ny-topoftherock-4

Классический вид на центральный парк сверху знаком, кажется, абсолютно каждому в мире, но лучше один раз увидеть своими глазами, чем сто раз в интернете, поэтому народу довольно много.

ny-topoftherock-1

ny-topoftherock-2-3
ny-topoftherock-6

Знаменитые фотографии, где строители сидят на железной балке на фоне города — именно отсюда.

top-of-the-rock-skyscraper-1024x768

Их (фотографии, а не строителей) можно приобрести прямо тут же в сувенирной лавке на всех мыслимых видах носителей. Коммерция, как и все остальное, тут начищена до блеска. Купил обычный билет? Доплати 5 баксов и тебе вручат твою распечатанную фотку и жетон на пользование биноклем. Доплатил? Добавь еще немного и можешь прийти сюда еще и вечером. Купил магнитик? Получи купон на гамбургер. Заскучал? Почисти ботинки у мексиканцев на первом этаже.

Помните этот советский агитплакат из учебника истории?

0_19d62a_5ef32eb3_orig

Не знаю, как там насчет угрозы, но Центр у Рокфеллера получился вполне себе мировой.

ny-topoftherock-2-2

ny-topoftherock-3


Все посты про США